Неточные совпадения
Не встречали они равнодушно утра; не могли тупо погрузиться в сумрак теплой,
звездной, южной
ночи. Их будило вечное движение мысли, вечное раздражение души и потребность думать вдвоем, чувствовать, говорить!..
Молиться в
ночь морозную
Под
звездным небом Божиим
Люблю я с той поры.
Беда пристигнет — вспомните
И женам посоветуйте:
Усердней не помолишься
Нигде и никогда.
Чем больше я молилася,
Тем легче становилося,
И силы прибавлялося,
Чем чаще я касалася
До белой, снежной скатерти
Горящей головой…
Ночь была теплая, темная такая, что ни зги не видать, хотя и
звездная.
То являлась она в полумраке, как настоящая
Ночь, с
звездным блеском, с злой улыбкой, с таинственным, нежным шепотом к кому-то и с насмешливой угрозой ему, блещущая и исчезающая, то трепетная, робкая, то смелая и злая!
Сумерки — переходное состояние между светом и тьмой, когда источник дневного света уже померк, но не наступило еще того иного света, который есть в
ночи, или искусственного человеческого света, охраняющего человека от стихии тьмы, или света
звездного.
Ночь была
звездная, но звезды уже блекли, и небо заволакивалось предутренней белесоватой мглой.
Встал Патап Максимыч, к окну подошел.
Ночь темная, небо черное, пó небу все звезды, звезды — счету им нет. Тихо мерцают, будто играют в бесконечной своей высоте. Задумчиво глядит Патап Максимыч то в темную даль, то в
звездное небо. Глубоко вздохнув, обратился к Аксинье Захаровне...
Смотришь ли на
звездное небо или в глаза близкого существа, просыпаешься ли
ночью, охваченный каким-то неизъяснимым космическим чувством, припадаешь ли к земле, погружаешься ли в глубину своих неизреченных переживаний и испытываний, всегда знаешь, знаешь вопреки всей новой схоластике и формалистике, что бытие в тебе и ты в бытии, что дано каждому живому существу коснуться бытия безмерного и таинственного.
Ночь была тихая,
звездная.
— Знаешь, я до того привык к этим бомбам, что, я уверен, в России в
звездную,
ночь мне будет казаться, что это всё бомбы: так привыкнешь.
Даже сидя в коляске, старик продолжал дичиться и ежиться; но тихий, теплый воздух, легкий ветерок, легкие тени, запах травы, березовых почек, мирное сиянье безлунного
звездного неба, дружный топот и фыркание лошадей — все обаяния дороги, весны,
ночи спустились в душу бедного немца, и он сам первый заговорил с Лаврецким.
Теперь, когда смотрит человек
ночью на
звездное небо, он чувствует себя потерянным в этой бесконечности миров, раздавленным этой дурной бесконечностью.
Я — снова в командной рубке. Снова — бредовая, с черным
звездным небом и ослепительным солнцем,
ночь; медленно с одной минуты на другую перехрамывающая стрелка часов на стене; и все, как в тумане, одето тончайшей, чуть заметной (одному мне) дрожью.
И вот — жуткая, нестерпимо-яркая, черная,
звездная, солнечная
ночь. Как если бы внезапно вы оглохли: вы еще видите, что ревут трубы, но только видите: трубы немые, тишина. Такое было — немое — солнце.
Опять
звездная бездна над головой, опять душистая прохлада северной
ночи; кругом опять призраки и узорчатые тени по горам, а в самой выси, где небо раздавалось и круглилось куполом, легли широкие воздушные полосы набежавших откуда-то облачков, точно кто мазнул по небу исполинской кистью.
В нервно возбужденном состоянии вышел он на улицу вместе со Свиткой. Услужливый Свитка, под тем предлогом, что давно не видались и не болтали, вызвался пройтись с ним, по пути. Хвалынцеву более хотелось бы остаться одному, со своею мучающею, назойливою мыслью, но Свитка так неожиданно и с такой естественной простотой предложил свое товарищество, что Константин Семенович, взятый врасплох, не нашел даже достаточного предлога, чтобы отделаться от него.
Ночь была ясная и
звездная.
Июльская
ночь была великолепна. Небо было чисто и все сплошь усеяно яркими звездами. Освещенные лунным блеском парк и сад особенно настраивали фантазию. Кругом царила мертвая тишина — вокруг все спало. Даже сторож, обыкновенно бивший в доску, или задремал, или не решался нарушать этот покой земли под
звездным куполом малейшим шумом.
На дворе уже была
ночь, звезды сияли во все небо, ветер несся быстрою струей вокруг открытой платформы и прохлаждал горячечный жар майорши, которая сидела на полу между ящиками и бочками, в коленях у нее помещался поросенок и она кормила его булочкой, доставая ее из своего узелочка одною рукой, меж тем как другою ударяла себя в грудь, и то порицала себя за гордыню, что сердилась на Лару и не видалась с нею последнее время и тем дала усилиться Жозефу и проклятому Гордашке, то, подняв глаза к
звездному небу, шептала вслух восторженные молитвы.
Гурьбою вышли из клуба и продолжали спорить. Была тихая зимняя
ночь, крепко морозная и
звездная. Очень удачный вышел суд. Всех он встряхнул, разворошил мысли, потянул к дружной товарищеской спайке. Не хотелось расходиться. Прошли мимо завода. Корпуса сияли бесчисленными окнами, весело гремели работой. Зашли в помещение бюро ячейки.
Они обнялись и поцеловались, и Наталья Николаевна пошла досиживать
ночь в свою спаленку, а Ахилла, поставив под сарай своих коней, разостлал на крыльце войлок, лег навзничь и уставился в
звездное небо.
Морской берег
ночью! Темные силуэты скал слабо проектируются на фоне
звездного неба. Прибрежные утесы, деревья на них, большие камни около самой воды — все приняло одну неопределенную темную окраску. Вода черная, как смоль, кажется глубокой бездной. Горизонт исчез — в нескольких шагах от лодки море сливается с небом. Звезды разом отражаются в воде, колеблются, уходят вглубь и как будто снова всплывают на поверхность. В воздухе вспыхивают едва уловимые зарницы. При такой обстановке все кажется таинственным.
Ночь выпала
звездная, светлая. На искрившийся синими огоньками снег было смотреть больно. Местность было трудно узнать — так все кругом изменилось. Именно здесь случился грустный эпизод неудачного поиска свиньи. Кишкин только вздохнул и заметил Мине Клейменому...
Целые снопы огней льются на улицу, испещренную движущимися фонарями фиакров, а над головой темное,
звездное небо, и кругом — теплая, влажная сентябрьская
ночь.
Он быстро вышел из рубки на палубу —
ночь была
звездная, но безлунная; его охватила прохлада и тьма…
Ночь собиралась
звездная и безлунная, очень тихая, с последним отблеском зари. В сторону моста сгустились мачты и трубы, и дымка ходила над ярмарочным урочищем. Влево взгляд забирал только кругозор до Егорьевской башни кремля, замыкавшей наверху всю панораму.
Ночь звездная, мягкая для первых чисел сентября, с отблеском новой луны в реке, веяла ему в лицо горной прохладой. Он сидел на скамейке, которую помнил еще с раннего детства… Тут на Святой и Фоминой парни и девки собираются гулять и есть лакомства.
Ночь была тихая и
звездная.
Это первая
ночь, когда я спал как убитый и каменные стены дворца не давили на меня. Стены уничтожила взрывчатая сила слов Магнуса, а крыша растаяла под высоким
звездным покровом Марии: в ее царство безмятежности, любви и покоя унеслась моя душа. Гора Тиволи и ее огоньки — вот что я видел, засыпая.
Дожали прокудинокие бабы, поужинали и стали ложиться спать под крестцами, а Настя пошла домой, чтобы готовить завтра обед.
Ночь была темная,
звездная, но безлунная. Такие
ночи особенно хороши в нашей местности, и народ любит их больше светлых, лунных
ночей. Настя шла тихая и спокойная. Она перешла живой мостик в ярочке и пошла рубежом по яровому клину. Из овсов кто-то поднялся. Настя испугалась и стала.
В безветрии начавшийся, крепко стоял погожий день, обещая ясный вечер и
звездную, с морозцем,
ночь.
Ну, произошел наконец разговор… После ужина Вера с Лидой играли в четыре руки какой-то испанский танец Сарасате. Я сидел в гостиной, потом вышел на балкон. Наташа стояла, прислонясь к решетке, и смотрела в сад.
Ночь была безлунная и
звездная, из темной чащи несло росою. Я остановился в дверях и закурил папиросу.
И опять заливаются серебряные бубенцы. Мороз безжалостно пощипывает нас за носы, Щеки, уши. Бешен быстрый бег коней. Дивно хорошо сейчас на Островах, в эту
звездную декабрьскую
ночь. Белые деревья, запушенная инеем снежно-белая как скатерть дорога. А над головами — небо, испещренное сверкающим золотым сиянием опаловых огней.
Ночь была августовская,
звездная, но темная.
Как океан объемлет шар земной,
Земная жизнь кругом объята снами.
Настанет
ночь, и звучными волнами
Стихия бьет о берег свой.
То глас ее: он будит нас и просит.
Уж в пристани волшебной ожил чёлн…
Прилив растет и быстро нас уносит
В неизмеримость темных волн.
Небесный свод, горящий славой
звездной,
Таинственно глядит из глубины.
И мы плывем, пылающею бездной
Со всех сторон окружены.
Отшатнулся я от окна, отошел к сторонке… Осенью дело это было.
Ночь стояла
звездная да темная. Никогда мне, кажется,
ночи этой не забыть будет. Речка эта плещется, тайга шумит, а сам я точно во сне. Сел на бережку, на траве, дрожу весь… Господи!..
Солнечный жар и блеск уже сменились прохладой
ночи и неярким светом молодого месяца, который, образовывая около себя бледный светящийся полукруг на темной синеве
звездного неба, начинал опускаться; в окнах домов и щелях ставень землянок засветились огни. Стройные раины садов, видневшиеся на горизонте из-за выбеленных, освещаемых луною землянок с камышевыми крышами, казались еще выше и чернее.
Я знаю правду! Все прежние правды — прочь!
Не надо людям с людьми на земле бороться!
Смотрите: вечер! Смотрите: уж скоро
ночь!
О чем — поэты, любовники, полководцы?
Уж ветер стелется, уже земля в росе,
Уж скоро
звездная в небе застынет вьюга,
И под землею скоро уснем мы все,
Кто на земле не давали уснуть друг другу.
Пришли Святки, и кроме парадной обедни, кроме торжественных и скучных поздравлений соседей и дворовых, кроме надетых на всех новых платьев, не было ничего особенного, ознаменовывающего святки, а в безветренном 20-ти градусном морозе, в ярком ослепляющем солнце днем и в
звездном зимнем свете
ночью, чувствовалась потребность какого-нибудь ознаменования этого времени.
Ночь была темная,
звездная; дорога чернелась между белевшим снегом, выпавшим накануне, в день сражения.